«Генерал УФСБ Кокорин, Беляк, Максюта требовали моего ухода, а Музраев нет»: Ищенко на суде о поджоге дома губернатора

Накануне, 28 сентября, в Южном окружном военном суде Ростова экс-мэр Волгограда Евгений Ищенко выступил в качестве свидетеля в рамках дела о терроризме в отношении экс-руководителя СУ СКР по Волгоградской области Михаила Музраева и бизнесмена Владимира Зубкова. Более двух часов Ищенко рассказывал свою версию тех времен, когда был мэром и как на него повлиял Михаил Музраев. Ищенко вспомнил и про бывшего прокурора региона Леонида Беляка, про бывшего главу УФСБ Сергея Кокорина и многих других. Не обошлось и без воспоминания о Кадине.

Публикуем вторую часть выступления Ищенко в суде (в распоряжении редакции имеется полная диктофонная запись):

Вопросы от стороны защиты:

— Евгений Петрович, скажите пожалуйста, вы сказали, что арендная плата по Центральному рынку была копеечная. Какова была ваша политика, когда вы были мэром, в отношении Центрального рынка, по вопросам использования муниципального имущества.

— Как я уже сказал, мы провели сотни судебных процессов. В том числе и по расторжению договора по Центральному рынку. Тот иск мы проиграли. Однако другой рынок – Ворошиловский — нами был отсужен. Он был продан за пару месяцев до прихода меня к власти. По цене – 600 тысяч рублей. На тот момент это была цена однокомнатной квартиры в Волгограде. У меня работала большая команда юристов, которая такие договора расторгала. Где-то у нас получалось, где-то нет.

— Скажите, если ситуация на Центральном рынке вас не устраивала, рассматривался ли вообще вопрос об ответственности руководителя МУП «Центральный рынок» и какие-то кадровые решения рассматривались?

— Решение о сдаче в аренду Центрального рынка – объекта недвижимости, принимал не директор МУПа. Его принимал мой предшественник, предыдущий руководитель администрации города. Руководителя МУПа можно было бы сделать козлом отпущения, но я не помню его судьбу, честно говоря. По-моему его заменили. Ясно было, что это не определяющее лицо, не принимающее решение.

— Вам известно в каких отношениях находился Ремезов с руководителем МУПа?

— Не известно. Я не помню об этом. Много лет прошло.

— Знаком ли вам такой – Воронин Виктор Федорович?

— Я не помню такого. В мою бытность он главой администрации не был.

— Вы говорили, что многие представители местной элиты были против вас. Какие к вам претензии были?

— Лучше спросить у них. Но надо понимать, что был губернатор, который воспринимал меня как конкурента. Волгоградская область относилась к «красному региону» — «красный пояс». Соответственно губернатор области, который был членом компартии, был избран при поддержке первого секретаря Волгоградского обкома КПРФ Алевтины Апариной. Фактически губернатора избирала на эту должность она. Апарина была очень авторитетной. Даже после избрания губернатором Максюты, она оказывала на него серьезнейшее влияние. В 1999 году, когда я баллотировался в депутаты ГД, я выиграл выборы именно у Апариной, чем подорвал ее авторитет.

Рассказ Ищенко о том, как он не был учредителем и не управлял ООО «Тамерлан» в то время, как был главой города:

— Имеете вы какое-то отношение к ООО «Тамерлан»?

— Являюсь учредителем ООО «Тамерлан».

— Когда вы были мэром Волгограда, являлись ли вы учредителем или управляющим? Фактически, она вам принадлежала?

— Нет, я не являлся учредителем и не управлял «Тамерланом». Нет, не принадлежала мне. В приговоре меня обвинили, что я участвовал в деятельности ООО «Тамерлан», отдавая какие-то указания. Приговор строился на показаниях трех свидетелей. Документальных подтверждений не было. Сначала, когда меня задерживали, меня обвиняли в злоупотреблениях и превышениях. Считалось, что я, возможно, что-то где-то украл и из краденного раздаю деньги своим подчиненным.

— Поясните по ООО «Тамерлан». Большое количество претензий было именно по этой организации.

— Обвинение утверждало, что я, будучи руководителем администрации, оказывал поддержку и содействие деятельности ООО «Тамерлан». Это торговая сеть магазинов на территории региона. Как глава администрации может оказывать поддержку – выделять помещения, земельные участки для строительства магазинов и ограждать от преследования при нарушениях. На этом строились обвинения в злоупотреблении. В Волгограде на тот момент было четыре торговые сети. Выяснилось сколько помещений муниципальных было сдано в аренду. «Тамерлан» не являлся лидером. Где-то «Магнит» больше получил, где-то «Радеж». По штрафам было так же. Все обвинения в итоге в злоупотреблении были сняты судом.

— Правильно понимаю, что, помимо незаконного хранения боеприпасов, вы были признаны судом виновным в незаконном участии в предпринимательской деятельности?

— Да. С приговором суда я был не согласен, я этот приговор оспаривал и, как будет возможность, буду оспаривать снова. Обвинение строилось на показаниях Синюкова. Его продержали несколько месяцев в СИЗО, создали невыносимые условия, и он дал показания, что он не настоящий акционер, а настоящий акционер я. Под давлением выбивались показания против меня. То же самое Доронин, который тогда уже находился в дружеских отношениях с Музраевым. И то же самое было с Насоновой, которая была запугана.

— Но тем не менее приговор в силу вступил?

— Да.

— По поводу Синюкова. У вас при обысках в кабинете нашли соглашение с ним. О том, что вы полноправные владельцы «Пятерочки».

— Нашли проект соглашения. Мы действительно с Синюковым такие вещи обсуждали. Но, когда меня избрали мэром города, Синюков тогда был моим товарищем. После избрания меня мэром я сказал ему, что участвовать в таком я не могу.

— Обращались ли вы в органы прокуратуры с заявлением о совершении Бирюковым, Музраевым преступлений в исполнении должностных обязанностей?

— Нет.

— Знакомы вы с депутатом Госдумы Митрофановым?

— Да.

— Он оказывал вам поддержку, когда было уголовное преследование в отношении вас?

— Мне об этом неизвестно.

— А то, что он направлял депутатские запросы в генпрокуратуру?

— Я слышал о таком запросе. Могу что-то и перепутать спустя столько лет. Когда я находился под арестом в СИЗО, приехал генерал Сизов Игорь Васильевич. Он возглавлял УФСИН региона. У нас были дружеские отношения. Он начал на меня громко кричать. Я даже не понял, что к чему. Начал обвинять меня, что я его опорочил с помощью своих друзей. И он мне рассказал про этот депутатский запрос. Моя версия, что есть другие люди, которые решают свои вопросы, используя эту ситуацию. Я к этому отношения не имел.

— В каких отношениях на тот момент вы находились с Цукруком?

— Особенных отношений не было. Как мэр города я был знаком со всеми силовиками.

— Экономические отношения между ООО «Тамерлан» («Пятерочкой») и людьми близкими к Цукруку имелись?

— Мне об этом неизвестно.

— Известно ли вам, что в 2008, 2012 году были направлены многократные анонимные обращения от предпринимателей в адрес генпрокуратуры, правительства РФ о Музраеве, то что он крышует криминалитет?

— В первый раз об этом слышу. Я разместил на своей странице в «Фэйсбуке» свое обращение в ФСБ после задержания Музраева. Написал, что, если кто-то пострадал от незаконного уголовного преследования, я готов оказать им юридическую поддержку.

— Знакомы ли вы с Еленой Атт?

— Да. Она моя теща. После моего ареста мне неоднократно предлагали, следователь Никандров, добровольно признаться во всех вменяемых мне преступлениях. Поскольку я отказывался, то начали давить на родственников. На тот момент я не был расписан со своей женой, мы жили тогда гражданским браком. Жена была беременна третьим ребенком. Тогда возбудили уголовное дело и против моей тещи. Она занимала должность директора муниципального предприятия.

— А кто ее назначил?

— Конечно же, я. Я назначил ее на должность директора муниципального предприятия. Это было МУП «Ворошиловский рынок2. Тот самый МУП, у которого не было ничего. МУП был, а сам рынок тогда был продан. Задача этого МУПа была подписывать иски на возврат этого рынка. Там было десятка два судебных процесса. Все процессы оплачивались из денег МУПа. За полтора года судов более 2 млн рублей было оплачено за эти услуги. Рынок в итоге вернулся в собственность. Елене вменили то, что она эти деньги обналичила и забрала себе. Она была вынуждена признаться в том, что она не делала. В этом ее уговорил я.

По словам Ищенко, он это сделал для рождения своего третьего сына. Что для него было более важно, чем репутация тещи.

— Музраев тогда предложил сделку, что если она признается, то ее отпускают на подписку и она в дальнейшем получает условный срок. В начале ей дали реальный срок, Музраев слово не сдержал, а потом вышестоящая инстанция поменяла на срок условный.

— Елена Атт через подставную фирму, будучи назначенной вами директором МУП, сдавала в субаренду ООО «Тамерлан» («Пятерочка») жилые помещения. 55, вроде.

— Нет, не 55. Объясню. Всего МУП было передано 55 нежилых помещений. Из них 3-4 помещения в том числе сдавалось в аренду «Тамерлану». Претензии сняли после того, как выяснилось, что она сдавала не по льготным ставкам, а по рыночным.

— Известно вам что-то об уголовном деле, связанном с налогами ООО «Тамерлан»?

— Я на тот момент не имел к ООО «Тамерлан» никакого отношения. Возглавляли его хорошо знакомые мне люди. Была какая-то налоговая проверка. Налоги начислены, они уплачены. Уголовное дело было прекращено.

— А ваши отношения с руководителями УФСБ на тот момент можете прояснить?

Федоряк.jpg

— Когда меня избрали мэром, руководителем УФСБ был Федоряк. Человек умный, серьезный, авторитетный. Мне с ним общий язык найти было легко. Я иногда приезжал к нему.

— Вашу политику он поддерживал?

— В общем-то да. Были случаи, когда кто-то из моих сотрудников (Михаил Балабанов) злоупотреблял чем-то. Федоряк меня вызвал как-то и сказал, что мой зам (курировавший коммунальную сферу) обналичивает средства водоканала через обнальные фирмы. Принимай решение сам, но делай выводы – сказал мне Федоряк. Я вызвал Балабанова. Сказал, что к нему есть претензии у правоохранительных органов. И я его отстраняю и увольняю, пока он эти претензии с себя не снимет. Когда меня в последствие арестовали, Музраев мне предъявлял, что я украл из коммуналки миллиард. На что я говорил, что у вас вода в кране есть? Если бы я украл миллиард, то воды бы не было, ее за неуплату электроэнергии отключат.

Далее Ищенко заявил, что, когда ушел Федоряк, пришел человек с другими взглядами.

— Который стал резко негативно ко мне относиться. Потому что толку от меня финансового было никакого. Денег я никому не носил.

Отметим, что Евгений Ищенко, вероятнее всего, намекает на Сергея Кокорина, возглавлявшего УФСБ региона с 2004 по 2012 гг.

— А в суде вы свою вину признали?

— Да, частично. Это был элемент сделки с Музраевым.

— Вы упомянули про Кадина и конфликт в Mojo. Что вам известно об этом?

изображение_2021-09-28_172023.png

— Я не был свидетелем. Но дело известное. Примерно 10 лет назад это было.

— Вы указывали на давление Музраева на служащих. Вы были свидетелем, очевидцем фактов давления?

— Свидетелем и очевидцем я не был. Я сослался на источник, пресс-конференцию председателя облсуда Короткова. Которая была 13 лет назад. Где он заявлял о таких фактах давления в связи с делом Цукрука. Это было в газете «Коммерсантъ».

— Когда Кадин требовал продать Центральный рынок, он на кого хотел его оформить?

— Это не обсуждалось. Не было обсуждения деталей. Он требовал, чтобы я продал это помещение, обремененное договором аренды. Тогда бы он купил рынок значительно ниже рыночной стоимости.

— Вы принимали участие в выборной компании 2011 года?

— Нет. В 2016 году пробовал.

— Не владеете информацией, как проходили выборы? Скандалы?

— Скандалы слышал. Но участие в выборах 2011 года не принимал. Насколько помню, председатель областной избирательной комиссии, вместе с губернатором пытались как-то исказить результаты выборов на последней стадии. Т.е. переписать протоколы.

Далее Евгений Ищенко рассказал, что на него оказывали давление сотрудники правоохранительных органов и чиновники. И ответил на вопросы Михаила Музраева:

WhatsApp Image 2021-08-16 at 11.53.43.jpeg

— Не за долго до моего ареста встретились с губернатором. Он посоветовал мне уйти в отставку. Потом был разговор с прокурором области Беляком. Тоже посоветовал уйти в отставку. Потом председатель обсуда Коротков и руководитель УФСБ Кокорин мне тоже самое говорили. С Кокориным мы говорили 9 мая. Никто мне ничего не объяснял. Говорили: «Уходи, тогда с тобой ничего не будет».

— Представители всех силовых ведомств вам это говорили?

— Не все. Цукрук мне такого не говорил, вы (обращается к Музраеву) тоже не говорили.

— Я от вас ничего не требовал? – уточнил Музраев.

— Да.

— Скажите, пожалуйста, а что вы можете сказать по поводу Волкова Николая?

— История мутная. Я хорошо знаю Николая, отбывает свой длинный срок. Был депутатом, известным политиком и крупным предпринимателем. Он был бы одним из богатейших людей региона. Ему принадлежал моторный завод, который сейчас разорен, сеть магазинов и тд. Известно, что он был арестован в 2008 году по обвинению по совращению малолетних. Он бежал из-под стражи, год скрывался.

— По существу вы ничего сказать не можете?

— Да, я не знаю. Слухи и мнения неких лиц. Имущество его было распродано разным лицам.

— Что-нибудь из его имущества, которое было распродано, перешло Музраеву?

— Я не думаю, Михаил Кандуевич, вы всегда были умным человеком. И навряд ли вы что-то на себя оформляли. Мне такого неизвестно. Я не знаю, на кого оформлено. Знаю грубые решения суда. Моторный завод принадлежал Волкову. Когда тот находился под арестом и не мог защищаться, пришел какой-то гражданин и признал завод своим.

— Скажите. пожалуйста, — обратился к Ищенко Музраев. – Вы сказали, что много было возбуждено уголовных дел. А в городской администрации, в частности по коммунальной сфере, были возбуждены уголовные дела. В бытность, когда вы были мэром?

— Помню, когда я мэром быть перестал. Когда Бровко поменялся на Боженова. Его я знал. Он тогда выступил в прессе, что напрасно мэра Ищенко привлекли. По моему предположению, вы тогда восприняли это попытку как мою реабилитацию. И было возбуждено уголовное дело. По которому меня дважды допрашивали. Странное уголовное дело о попытке доведения до банкротства МУП «Водоканал». Когда я стал мэром, МУП «Водоканал» был должен больше миллиарда рублей. И было имущество – трубы, насосные станции. Это имущество мы изъяли в общество казны.

— Это было при другом мэре. Речь идет о том времени, когда вы были мэром, — говорит Музраев. – Что вам известно о привлечении к уголовной ответственности руководителей МУП ЖКХ Тракторозаводского района, Советского, Дзержинского, ИВЦ ЖКХ города Волгограда?

— Помню уголовное дело по ИВЦ ЖКХ Волгограда, а суть его не помню. Был Горбунов и Гарбаненко. Эти люди были связаны с Синюковым.

— Я вам напомню. Похищено было почти 12 миллионов. Это Гарбаненко, Мамонтов, Гордеев, Кривошеев. Был суд, приговор состоялся, ущерб полностью возмещен.

— Я вовсе не пытаюсь сказать, что вы, Михаил Кандуевич, преследовали всех исключительно незаконно. Конечно же, многих вы и за дело сажали.

— Что вам известно о привлечении к уголовной ответственности председателя городской думы?

— Павел Карев был председателем гордумы. Его посадили за взятку. Считаю, что натянутая была история. Я к этой взятке никакого отношения не имел. Напомню, мы судились со многими промышленными предприятиями, которые не платили за аренду земли. Судились с АО «Химпром». Люди, связанные с Химпромом, дали взятку Кареву, чтобы он прекратил эти иски. Но он не мог никак повлиять на эти суды. В последствие люди пришли и потребовали вернуть деньги, и он их вернул. Факт возврата был задокументирован, и его осудили.

— А вот глава администрации Советского района Воронин назначался вами?

— Я уже плохо помню. Помню назначал Сидоренко Петра Васильевича. Какой это год?

— Октябрь 2003 года. Имел ли он какое-то отношение к ООО «Центральный рынок», который арендовал?

— Я точно не знаю.

— Вот вы сказали, что вас приводили ко мне в кабинет. Скажите пожалуйста, а у вас еще были, как вы освободились, встречи со мной? – спросил Музраев.

— Наверное, пару встреч было. И подробности не помню. Когда меня допрашивали как свидетеля по делу о доведения до банкротства водоканала, вы сказали, что это дело инициировали не вы, у вас ко мне претензий нет.

— А после освобождения приходили ко мне?

— Да, я пришел.

— Расскажите об обстоятельствах.

— Подробно обстоятельств не помню. Помню, что мы выпили по рюмке коньяка, пожали руки и на этом разошлись. Но, если вы, Михаил Кандуевич, считаете, что этого достаточно, чтобы исправить то, что вы сделали, то это не так.

— Скажите, пожалуйста, а вот информация о том, что Кадин застрелил человека около клуба. Откуда у вас эта информация? Это на уровне сплетни или вы знаете конкретно?

— Мне об этом рассказали несколько человек. Не помню, от кого конкретно это услышал. Если верить слухам, то у Кадина были большие проблемы с чеченцами, после того, как он застрелил этого представителя Чечни, и вы как-то в этом участвовали. Но я не знаю подробностей.

— В каком году был предъявлен иск по расторжению аренды Центрального рынка?

— В 2004 году мы судились по десяткам помещений, в том числе и по Центральному рынку. Но по Центральному рынку нам было отказано.

— Скажите, пожалуйста, а с Созоруковым вы обсуждали результаты выборов 2011 года в Государственную думу?

— Вы знаете, я знаком хорошо с Созоруковым и много с ним общался. Возможно это и обсуждалось. Была следующая информация. Что вы, пообщавшись с членами избирательной комиссии, сказали, чтобы нарушений не было. Но это, в общем, законное требование. Если будут нарушения, то будут посадки. К вашим словам все в регионе относились очень серьезно. И почему-то «Единая Россия» набрала небольшой процент. Настолько небольшой, что губернатор Бровко решился исправлять финальные протоколы, за что был пойман за руку и отчасти из-за этого перестал быть губернатором.

— Откуда взяли, что именно я разговаривал с членами избирательной комиссии?

— По-моему, от Сиротина.

Также, отвечая на вопросы стороны защиты, Евгений Ищенко все-таки сказал, что лично от Музраева он никогда не слышал, что он влияет на правосудие:

Ищенко1.JPG

— Лично Музраев мне не говорил о том, что он на кого-то давит.

— Напрямую вы Музраева спрашивали, имеет ли он отношение к вашему уголовному преследованию?

— Он как руководитель СК региона имел к этому отношение.

— Ну вы же полагали, что оно незаконно. Вы не поинтересовались у Музраева при встрече, что вы должны сделать для того, чтобы избежать уголовного преследования? Если вы считали, что он в этом виноват.

— Была цепь событий. За пару месяцев до моего задержания мне были угрозы от силовиков. Это раз. С Дорониным я разошелся не так, как он этого просил – это два. И я не думал, что это инициатива Никандрова – возбудить против меня, мэра города, уголовное дело.

Далее юрист поинтересовался у Ищенко, раз он сначала думал на губернатора (предвзятое отношение из-за конкуренции и тд.), а когда Музраев эту версию отмел, почему Ищенко не выяснил следующую версию? Не выяснил отношение к этому самого Музраева?

— У меня не было тогда времени. Был короткий разговор. Я сделал для себя выводы сам, что он на тот момент меня сам устранил как политическую фигуру региона. Потому что ему это было выгодно, а не Максюте. Как мне известно, он в дальнейшем планировал на эту должность поставить Доронина.

Однако на вопрос адвоката, говорил ли ему это лично сам Доронин, Ищенко снова не смог ответить точно.

  

О поджоге дома губернатора


— Несмотря на то, что это домовладение находится в 200-х метрах от моего, я не являлся свидетелем и узнал об этом из СМИ.

— В обвинительном заключении указано, что поджог – устрашение населения. Устрашил население в лице вас?

— Сказать, что я обычное население – это не совсем правильно. Не потому что я какого-то высокого о себе мнения, а потому что где-то более осведомленный человек. Странная была, на мой взгляд, ситуация с этим поджогом. У меня нет комментариев. Я удивился, когда это произошло. Не понял этого события.

Далее Михаил Музраев еще раз задал вопрос о том, кто настаивал на уходе Ищенко в отставку. Ищенко снова перечислил – прокурора Беляка, губернатора Максюту, главу УФСБ Кокорина и председателя облсуда. На вопрос от Музраева к Ищенко, кто возбудил уголовное дело в отношении Ищенко, экс-мэр ответил, что это Музраев. На что Музраев открыл завесу тайны, назвав имя того, кто возбудил дело против экс-мэра. Им был как раз-таки прокурор Беляк.

Напомним, накануне мы публиковали первую часть с заседания с выступлением Евгения Ищенко. Там он рассказал, как «губернатор валялся в ногах у Музраева». 

Источник

(Visited 5 times, 1 visits today)
Рейтинг
( Пока оценок нет )
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: